February 14th, 2020

долой коронабесие!

как Пановых перепутали

Сенцов рассказывает анекдот (не думаю, что это правда, но смишно):

«Знаєте як до обміну потрапив Артур Панов? Хлопець з Луганська. Ви про нього напевно навіть не знаєте. Я теж про нього дізнався 7 вересня, у день обміну. Заводять мене до автобусу (для перевезення в аеропорт), а там вже сидить спецназівець з якимось юнаком. Я кажу: ти хто? Він: Панов. Я кажу який ти Панов, Панов здоровий такий (маючи на увазі Євгена Панова). Він: Я Артур Панов. Виявилося, що він також у списку на обмін. Потім я дізнався, що наші вимагали від росіян на обмін Панова. А росіяни замість Євгена привезли Артура. Наші про нього і не знали, але сказали – так це ж все одно наш, забираємо»





+++
не помню, кто такая Екатерина Шульман, кажется, кто-то малопочтенный (а может и нет), но вот отличное её интервью про школу. То есть, ничего нового, но изложено стройно и правильно:
 В Новое время, то есть в период постепенного распространения всеобщей базовой грамотности, образование стало инструментом социализации гражданина. Государство берет на себя функцию обеспечения всех базовой грамотностью и одновременно через систему всеобщего начального и, позже, всеобщего среднего образования формирует таких граждан, которых хочет иметь. То есть внушает им те нормы, которые в этом социуме, а соответственно, и в политической системе приняты. Это можно рассматривать как некоторый обмен: мы вам ликбез, вы нам гражданскую лояльность. Кроме того, государство стремится если не контролировать, то по крайней мере влиять и на систему высшего образования, а через нее и на науку. 

государство поддерживает образовательные стандарты: контролировать, чему учат молодых людей, а следовательно, какими их формируют. Всем понятно, что образование — основной инструмент формирования гражданской идентичности. Люди будут считать дурным и хорошим, общепринятым или, наоборот, маргинальным то, что им расскажут в их formative years — годы формирования их личности. 
Современные демократические политические системы избегают индоктринировать детей, это считается не совсем приличным. Хотя все равно нельзя не рассматривать систему образования как систему внушения детям некоторых, в том числе и идеологических, норм. Очень трудно, практически невозможно просто научить ребенка читать, писать и считать, при этом не внушив ему никаких понятий о добре и зле. А социальные нормы тоже, в общем-то, идеологизированы. Мы учим детей тому, что нужно вести себя определенным образом, а другим образом вести себя не надо, мы рассказываем им, что такое хорошо, а что такое плохо. Это тоже индоктринация. 

итп. К вопросу о том, что если от детей убрать грязные лапы церковников и путинистов, то они будут расти свободно. Не, всё гораздо сложнее, и приходится выбирать не между компостировать детям мозги или нет, а чем именно им их компостировать, не более того. И она там разумно говорит, что и в заг они поставили: компостировать мозги ненасильственным образом - вовсе не точно, что лучше, чем розгами.